ЭКСПЕРТЫ О COVID-19

Джон П. А. Иоаннидис, всемирно известный эпидемиолог из Стэнфорда 

Недалеко до Фиаско? В то время, как пандемия коронавируса распространяется, мы принимаем решения без надежных данных. Драконовские контрмеры были приняты во многих странах. Если пандемия рассеивается - либо сама по себе, либо из-за этих мер - краткосрочные экстремальные социальные ограничения могут быть терпимыми. Однако как долго должны продолжаться подобные меры, если пандемия по всему земному шару не ослабнет? Как политики могут определить, приносят ли они больше пользы, чем вреда? 

Рикард Прехт,  немецкий философ и автор успешных научно-популярных книг 

В ходе экологической трансформации нашей экономики, нашей фундаментальной смены парадигмы в сторону устойчивости, нам, безусловно, нужно государство, которое запрещает, вмешивается, устанавливает четкие границы, контингентирует. И люди очевидно, по крайней мере, так говорят либералы и многие другие, не готовы к этому. Теперь мы столкнулись с чем-то сравнительно безвредным, на одном уровне с гриппом со смертностью 0,3 % от числа пострадавших, и внезапно все меняется.  Государство вмешивается, вводит карантин и правила, события отменяются, люди меньше летают. Внезапно все возможно, хотя это небольшая угроза. Но, когда речь заходит об угрозе существованию человечества, все это кажется невозможным. Это наводит на мысли.

Беате Банер, немецкий юрист, специалист по медицинскому праву

Меры, принимаемые федеральным и региональными правительствами, являются явно неконституционными и беспрецедентно нарушают множество основных прав граждан в Германии. Это относится ко всем правилам по коронавирусу 16-ти федеральных земель. В частности, эти меры не оправданы Законом о защите от инфекций, который был мгновенно пересмотрен всего несколько дней назад. Имеющиеся данные и статистика показывают, что вирус безвреден для более чем 95% населения (либо уже распространился), а значит не представляет серьёзной опасности для широкой общественности. (ее иск против принятых мер)

Наши конституционные права умирают в отделении интенсивной терапии в течение двух недель, и, к сожалению, я не смогла оказать экстренную помощь (здесь речь про отклонение ее иска). Не хватает 83 миллиона медицинских вентиляторов (население Германии). В этой диктатуре я не в силах помочь.

Карин Меллинг, известный немецкий вирусолог, была профессором и директором Института медицинской вирусологии в Цюрихском университете с 1993 по 2008 год.

Корона не является вирусом убийцей. Проблема в паникерстве!

Книга "Вирусы. Скорее друзья, чем враги": Грипп, ВИЧ, Эбола - мы привыкли думать, что вирусы несут нам только угрозу. Но на самом деле большинство вирусов безвредны; более того, они наши незаменимые помощники. Вирусы есть повсюду: в воздухе, растениях и животных, внутри нас самих и даже на нашей коже. Они борются с бактериями, влияют на погоду, наше самочувствие и настроение, могут способствовать ожирению или лечить от него. Вирусы - часть нашего генома! Они помогли нам стать теми, кто мы есть. 

Кнут Виттковски, всемирно известный профессор эпидемиологии из Нью-Йорка  

Сглаживание кривой приведет к последующей эпидемии.

Если не закрывать школы и защищать только тех, кто в зоне риска, то больницы не будут переполнены, поскольку молодые практически (или вовсе) не замечают, что инфицированы и им не нужны больницы. А вот если изолировать все общество и предотвратить распространение вируса, то он дольше остается и распространяется среди тех, кто в зоне риска, — в итоге больше людей умрут, и нагрузка на больницы выше. Нет никаких доказательств того, что изоляция всего общества имеет позитивный эффект, вообще-то даже наоборот, это негативно сказывается, так как сглаживание кривой предотвращает коллективный иммунитет. Если бы мы не принимали никаких мер, эпидемия бы уже сошла на нет. А так она растягивается, и после снятия жестких мер изоляции вирус опять начнет распространяться. Мы должны бы использовать модели которые заточены под реальность и не отклоняются от нее в разы, как случается, когда прислушиваются только к вирусологам и врачам, которые не так хорошо оценивают данные, как это делают эпидемиологи.

Вольфганг Водарг, экс-председатель комитета здравоохранения Парламентской ассамблеи совета Европы

Я работал врачом и вёл отдел здравоохранения, у меня был свой дозорный эпиднадзор, своя система контроля в области гриппа. И каждый год я наблюдал какое количество людей заболевало в области с населением в 150,000 человек. Каждый год по всему миру мы имеем новые типы вирусов, потому что вирусы имеют тенденцию меняться. Если бы те же самые вирусы попали к нам в следующем году, наша иммунная система распознала бы их, и так мы бы не заболели, они не смогли бы  распространяться —  а это именно то, чего они хотят. именно поэтому мы имеем новые вариации вирусов каждый год. Существует 100 различных типов вирусов, которые постоянно меняются. До этого момента нас не особо сильно заботило, какие именно вирусы вызывают этот грипп, или болезнь, называйте как хотите. Мы должны задавать такие вопросы как “Как вы узнали, что вирус опасен?”, “Как обстояла ситуация до этого?”, “Не было ли у нас такой же ситуации в прошлом году?” 

Профессор Клаус Пюшель, глава судебной медицины в Гамбурге

Этот вирус влияет на нашу жизнь совершенно преувеличенным образом, без всякого соотношения к опасности, которую он из себя представляет. Астрономический экономический ущерб, который сейчас возникает, несопоставим с опасностью, которую представляет собой вирус. Я убежден, что смертность от короны даже не будет ощущаться как пик годовой смертности.

Во многих случаях мы также обнаружили, что текущая коронавирусная инфекция не имеет никакого отношения к летальному исходу, вызванному другими причинами, например, кровоизлиянием в мозг или сердечным приступом. COVID-19 сам по себе является «не особо опасным вирусным заболеванием». Все спекуляции об отдельных смертях, ещё не провереных экспертами, лишь разжигают страхи» (интервью в немецкой Focus)

Сучарит Бхакди, инфекционист, возглавлявший десятки лет Институт медицинской микробиологии и гигиены в Германии

В настоящее время нет официальной информации о том, проводились ли, хотя бы ретроспективно, более критичные анализы медицинских карт, чтобы определить, сколько смертей было вызвано вирусом. Мой вопрос: Германия просто следует тенденции всеобщей подозрительности по отношению к COVID-19? И намеревается ли она продолжать эту классификацию некритично, как в других странах? Как же тогда провести различие между подлинной смертью от коронавируса и случайным наличием вируса во время смерти? (открытое письмо Канцлеру Германии Ангеле Меркель по поводу COVID-19

Вы осознаете последствия коронавирусного хайпа?

Доктор Камерон Кайл-Сиделл, врач неотложной медицинской помощи в медицинском центре Нью-Йорка

Медицинские вентиляторы повреждают легкие коронавирусных пациентов и являются контрпродуктивными. Медицинское сообщество возможно ошибается в отношении природы коронавируса и того, что считается, что он вызывает острый респираторный дистресс-синдром. Я считаю, что мы лечим не ту болезнь. Неправильное лечение наносит огромное количество вреда. Насколько я вижу, COVID-19 не является пневмонией. Речь скорее о вирусной болезни, наиболее напоминающей высотную болезнь (высотную гипоксию). Пациенты испытывают недостаток кислорода. Такое ощущение, как будто их высаживают на верхушке Эвереста без времени на акклиматизацию.

Доктор Ансгар Лозе, директор Университетского медицинского центра Гамбурга

Требует немедленной отмены запретов на контакты. Он утверждает, что больше людей должно быть заражено коронавирусом. Детсады и школы должны быть вновь открыты как можно скорее, чтобы дети и их родители могли обрести иммунитет благодаря заражению. Продолжение строгих мер приведёт к экономическому кризису, который будет стоить жизней.

Андерс Тегнелл, главный эпидемиолог Швеции

Не надо ходить на работу, если вы болеете. Не стоит посещать своих старших родственников. Все страны, думаю, согласятся на счет того, что коллективный иммунитет является единственным фактором, который остановит распространение коронавируса. Швеция использует добровольную стратегию потому, что мы привыкли к такому подходу. Ни одна из стран не может сказать, что ее стратегия по COVID-19 верная, поскольку это новая территория. Проблема с насильной изоляцией заключается в том, что "вы истощаете систему". Вы не можете удерживать людей дома в течение нескольких месяцев — это невозможно. Это просто убьет бизнес в стране. Безработные люди представляют большую угрозу для общественного здравоохранения. Это фактор, о котором вам нужно подумать. Крах национальной экономики увеличит страдания, боль, смерть и болезни от других причин, поскольку жизнь людей перевернута, а будущее разрушено. (статья)

 Йохан Гизеке, бывший главный эпидемиолог Швеции, сейчас советник Шведского агентства здравоохранения

Многие люди в Швеции могут заразиться вирусом.
Однако само заболевание и его воздействие на здоровье могут оказаться сопоставимыми с обычным гриппом. Другие страны "предприняли политические, необдуманные действия", которые не подтверждаются фактами.

Хендрик Штреек, Директор Института вирусологии при Университетской клинике Бонна

Мы делаем все, что плохо для нашей иммунной системы. Мы тусуемся дома и не выходим на солнце. Сидеть в парке с четырьмя людьми запрещено. Но Sars-CoV-2 - это капельная инфекция, а не воздушно-капельная.

Предварительные результаты первого крупномасштабного рандомизированного исследования в Хайнсберге / Германия: до 15% людей уже были инфицированы (несмотря на официальный подсчет, где только 1500 случаев). Официальная летальность была сильно переоценена, составляет всего 0,37%

 

Профессор Николай Филатов, Замдиректора по науке НИИ вакцин и сывороток им. Мечникова, член-корреспондент РАН, доктор медицинских наук 

"Железный занавес" от коронавируса не спасет, разработка вакцины – деньги на ветер, смертность не равна летальности и у нас есть все шансы пережить вспышку коронавирусной инфекции благополучно. Я уверен: проблема создана искусственно. Она точно не биологическая и не медицинская. Возможно, раздувание темы с COVID-19 выгодно экономистам, чтобы списать на него провалы экономики, или производителям, чтобы на фоне паники получить больше прибыли, или политикам, чтобы добиться каких-то целей. Вирус не является ужасным монстром, который из него пытаются сделать. Число заболевших в Китае уменьшается оттого, что, пройдя свой пик, любой вирус ослабевает. Люди выздоравливают не потому, что их лечат волшебными лекарствами, а потому, что организм справляется с вирусом и болезнь отступает. Здороваться, толкая друг друга локтями? Давайте еще ногами пинать друг друга. Входные ворота для инфекции - дыхательные пути. Если потереть глаза «зараженной» рукой, максимум, что вам гарантировано, - конъюнктивит. Но мыть руки с мылом или протирать их дезинфицирующими средствами надо, даже когда вирусы нас не атакуют.

 Стефано Монтанари, итальянский доктор и профессор 

Люди не должны сидеть по домам, в страхе и без движения. Люди должны двигаться, гулять на солнце, сейчас авитаминоз. Правительство своими мерами крайне вредит здоровью населения. Даже если человек бессимптомно переносит вирус, то есть он по сути здоров, а ему говорят, что он болен, то это скажется на его здоровье. Как и на здоровье всех тех, кто сейчас запуганный сидит по домам, не получая витамина D, ведя малоподвижный образ жизни, в неопределенности за свое будущее. Я считаю, что группа риска — пенсионеры - тоже должны спокойно выходить на улицы, вести свой нормальный образ жизни. Жизнь взаперти убьет больше, чем коронавирус. Хотя, возможно, это и есть цель. Мы же находимся по ту сторону абсурда. Изображения интубированных пациентов и гробов представляют собой образы повседневной больничной жизни, также как частью повседневной жизни журналистов является подготовка фотографий таким образом, чтобы они привлекали внимание.

Ульрих Баттис, немецкий юрист, профессор гамбургского и берлинского университетов

Несмотря на всю драматизирующую риторику, мы не воюем. Таким образом, конституционные изменения или правила для чрезвычайных парламентов ни при каких обстоятельствах не должны нарушаться. Избегайте паники. Что касается всей нашей демократии, мы всегда должны учитывать, что медицина не должна быть опаснее болезни. Предупреждение о фашистско-истерическом гигиеническом государстве.

Профессор Герд Босбах, немецкий математик и статистик, советник Министерства финансов / экономики Бундестага 

Существуют разные способы определения смертности. Распространенным определением является количество смертей на 100 000 жителей. Но это не то, что происходит в текущей дискуссии, в которой смотрят на количество умерших с коронавирусом людей. Мы же не знаем, сколько людей вообще болеют. Поэтому в медицинской статистике существует понятие летальности, которая учитывает, что мы должны оценить количество зараженных из числа известных зараженных. В результате, летальность является неточной величиной, которая зависит от оценки. Это значительно переоценивает смертность от болезни, на сколько —  неизвестно. Т.е. у нас путаница в терминах, которая в конечном итоге объясняет, почему мы продолжаем говорить об инфицированных, а не о "положительных" людях. Высокие цифры остаются в памяти, например, уровень смертности ВОЗ 3,4%. Это создает страх. У таких ученых я хотел бы забрать камеру и микрофон.
Многие очень боялись свиного гриппа в 2009 году. Сегодня это забыто, так как несостоявшийся кризис не был разобран. Свиной грипп был тотально переоценен и в итоге оказался более мягким, чем многие сезонные гриппы предыдущих лет. Было бы неплохо выяснить, почему свиной грипп был организован таким образом в СМИ и почему политика отреагировала решительными, а затем непопулярными мерами в стратегии вакцинации. Из этого стоило бы вынести соответствующие уроки, в частности, научиться не слушать отдельных "шептунов" и как можно скорее собирать необходимые чистые данные. 

Мария Рита Гисмондо, миланский микробиолог

Итальянскому правительству стоит прекратить сообщать ежедневное количество «положительных результатов теста», поскольку эти цифры являются «поддельными» и приводят население в излишнюю панику. Количество положительных результатов теста во многом зависит от типа и количества тестов и ничего не говорит о состоянии здоровья.

Пьетро Вернацца, швейцарский инфектолог

У нас есть надежные данные из Италии и работа эпидемиологов, опубликованная в известном научном журнале Science, в которой изучалось распространение вируса в Китае. Около 85 процентов всех инфекций не замечены. 90 процентов умерших пациентов старше 70 лет, 50 процентов старше 80 лет. В Италии каждый десятый диагностированный человек умирает, но согласно выводам научной публикации, статистически это будет одна смерть на 1000 зараженных. Каждый отдельный случай трагичен, но это часто — подобно сезону гриппа — затрагивает старых людей. 
Если мы закроем школы, мы не дадим детям быстро обрести иммунитет. Не то чтобы я уже знал, каков правильный путь, но, по крайней мере, мы должны лучше интегрировать научные факты в политические решения.

Доктор Бодо Шиффман, немецкий отоларинголог

Я знаю, что COVID-19 может быть опасным.

Я знаю, что вирусы гриппа могут быть опасными.

Я знаю, что существует множество опасных заболеваний.

Французское государство решило, какую жизнь следует сохранить, а какой жизни положить конец, это при демократии. Но у них не было другого выбора, потому что массовая паника, вызванная такими людьми, как профессор Дростен, переполняет эти больницы. И небольшой совет на следующий раз, дорогой Спан, Лаутербах и Дростен: В следующий раз, когда вы обнаружите вирус-убийцу, сделайте одолжение и никому не говорите. Сначала получите надежные данные. Больницы не разрушаются из-за пациентов. Они на грани, потому что люди боятся злых, безответственных сообщений и целенаправленной массовой паники. Вирус так же опасен, как и вирус гриппа.

 

Дэвид Кваммен, писатель и научный журналист, автор более 10 книг

Мы вторгаемся в тропические леса и другие дикие ландшафты. Мы срубаем деревья; мы убиваем животных или садим их в клетки и отправляем на рынки. Мы разрушаем экосистемы и стряхиваем вирусы с их естественных хозяев. Когда это происходит, вирусам нужен новый хост. Часто это мы.

Доктор Джеймс Лайонс-Вайлер, американский учёный, генеральный директор Института чистых и прикладных знаний 

Моя любимая страна, США, ведет себя идиотично, сосредоточив внимание на вакцине, ведь, основываясь на всем прошлом опыте, мы вправе ожидать, что вакцины против
SARS-CoV-2 могут подготовить землю под патогены (Pathogenic priming). Решение всего и вся вакциной имеет свою цену — наша ЭКОНОМИКА, а так же сотни тысяч ранее бывших за прививки американцев, которые живут на один доход из-за ребенка, пострадавшего от вакцины (то есть второй родитель не может работать).
Я призываю CDC ОСТАНОВИТЬСЯ, Фаучи и Гейтса - ОСТАНОВИТЬСЯ со своей вакцинной фигней и воспользоваться своими высокими профилями для того, чтобы
настоять на переходе на шведскую модель (изолировать группу риска), использовать природные и аллопатические схемы лечения, которые, кажется, работают, и позаботиться о серьезных изменениях в образе жизни в США - остановить диабет, курение, высокое кровяное давление.
Этот вирус от летучей мыши. Он появился в лаборатории, чтобы найти решение для болезни. Вероятно, он сбежал. Если Китай и извлечет выгоду из нашей идиократии, то без какой-либо пользы для самих себя.
Второй такой вирус, связанный с SARS-CoV-2, после запланированной массовой вакцинации от текущего коронавируса, покончит с Америкой.

PS. На счет его предыдущего вывода о том, что определённый сегмент ДНК вируса мог быть получен исключительно лабораторным путём  — он поменял свое мнение. В принципе, это идет в ногу с новыми исследованиями естественного происхождения вируса.

Риккардо Манзотти – профессор теоретической философии (Миланский университет IULM), психолог и инженер.

Кампания итальянского правительства #сижудома запомнится как учебный пример стремительного разрушения разумных взаимоотношений в обществе посредством невежества и страха. Столкнувшись с угрозой вируса и риском коллапса системы здравоохранения, с 21 марта правительство внедрило карантин и использовало хэштег #сижудома, убедив миллионы итальянцев в том, что только их длительное пребывание в своих домах способно остановить распространение вируса.

Очевидно, что это ложь. Гораздо более точные и детальные хэштэги #явтрёхметрах или #яодин были бы куда честнее и устойчивее, а потому эффективнее. К сожалению, вместо этого правительство решило основывать свою кампанию на грубом и вредном диктате. Применение диктата само по себе безрезультатно. Однако обращение к гражданам с просьбой о самопожертвовании было идеологически эффективным, особенно в стране с нашими историческими и культурными корнями. Оставаться дома сразу же стало сакральным актом, обоснованным разными причинами от суеверий до стадного рефлекса. Никто не задумывается о механизмах передачи вируса. Это отдано на откуп экспертам, так же как в прошлом священникам отдавалось толкование Библии, а левым интеллектуалам – истории. Население с удовольствием доверяет свою судьбу другим, экспертам или власти, полагаясь на древний принцип, что важнее принадлежать к сообществу, будь то отара овец или косяк рыб. 

Угроза вируса из конкретной проблемы, решаемой разумными мерами, трансформировалась в повод для части граждан заявлять о своём мнимом моральном превосходстве над другими, якобы обладающими набором нравственных пороков. Поза патернализма и морализма во всех отношениях похожа на религиозное суеверное преклонение. От вируса спасутся не умные, использующие свой интеллект, а праведные, которые смогут принести себя в жертву, и вместе с такими же праведными (или чуть меньше) заслуживают места на плавучем ковчеге (или во что там люди верят).

Только этим спасительно-моралистским дрейфом можно объяснить желчь и ненависть в адрес позиций неприсоединившихся. Несогласие сразу же было связано с моральными недостатками оппонентов. Заявлявшие о важности физической активности (бег, ходьба) были немедленно осмеяны или наделены нравственными пороками (нарцисс, эгоист, индивидуалист, неуважительный человек). В то же время злоупотребление углеводами, табаком и алкоголем, которое сопровождало домашний арест, получило индульгенцию (табак) или вообще симпатию (алкоголь и еда). Очевидно, глупо считать тех, кто бегает, эгоистами и циниками, а тех, кто печёт пирожные и пиццу, кающимися монахами. Но это соответствует идеологической концепции, в которой вирус должен быть побежден жертвоприношением и покорностью власти, а не интеллектом и упорством.